Управление Ростехнадзора по Калужской области

Об ответственности заказчика, проектировщика и монтажника за эксплуатацию приобретенного оборудования


«Хотели как лучше»

Выступление на II Международной промышленной выставке-конференции Industry-Expo Сергей РЫЖКОВ, начальник отдела по надзору в металлургической промышленности Уральского управления Ростехнадзора (Екатеринбург)

Не прошло и 10–15 лет после приватизации, ваучеризации, разделения и слияния промышленных предприятий, как наиболее дальновидные собственники поняли, что на старых советских запасах светлое будущее не построить. Поэтому в конце 90-х–начале 2000-х годов в металлургической промышленности разразился настоящий бум реконструкции и модернизации производства. На сегодняшний день эти вопросы являются основными в отношении снижения себестоимости продукции и, как следствие, получения дополнительной прибыли.

При проведении преднадзора предприятий инспекторы Ростехнадзора сталкиваются со всевозможными проблемами, основные из которых заключаются в следующем. Процесс реконструкции технической базы предприятий начался с того, что собственники стали закупать и устанавливать оборудование, отслужившее срок эксплуатации или подходящее к этому сроку, что привело к необходимости проведения экспертиз промышленной безопасности технических устройств, повторных оценок и, наконец, получения разрешения на применение. В конечном итоге все это «съело» экономию от приобретения недорогого оборудования.

Повысилась аварийность, которая была обусловлена не чем иным, как скудным инструментарием технических знаний сотрудников. При выборе технологии главным является информированность и опыт специалистов, принимающих участие в этом выборе, то есть тех людей, которые готовят техническое задание на проектирование. Так, например, организуя новое производство свинцовых порошков на предприятии ООО«УЭМ – ЭККА», нужно было понимать, что мелкодисперсные порошки любых достаточно чистых металлов являются в большей или меньшей степени взрывопожароопасными. Продавец, чья задача – сбыть свою продукцию, не заинтересован в объяснении всех негативных последствий применения технологий и установок, поэтому не сообщил заказчику о возможных проблемах. Последний, в свою очередь, подошел к приобретению оборудования спустя рукава. Впоследствии такой подход привел к двум пожарам в цехе при отсутствии обычных причин. При расследовании обстоятельств было выявлено, что сотрудники фирмы-продавца имели информацию о возникновении пожаров на других предприятиях, которым поставляли свою продукцию, но не предупредили заказчика о необходимости принятия дополнительных мер пожарной безопасности. Вместе с тем, заказчик также не обратил внимания на тот факт, что свинец – вещество 1-го класса опасности и, кроме требований металлургического надзора, необходимо учитывать требования химнадзора и межотраслевых правил охраны труда при работе с химическими веществами. В результате современная технология производства, не подкрепленная соответствующими мерами безопасности, наличием сблокированной системы вентиляции и пожаротушения, отсутствием нормальных проходов для эвакуации и проведения работ по локализации может привести к очень опасным последствиям.

Кстати, современные историки считают, что одной из основных причин падения Римской империи является широкое использование свинцовой посуды в быту, что привело к всплеску детской смертности в результате внутриутробного отравления, а также резкому снижению сроков жизни взрослого населения. Таким образом, разработка или выбор технологии – чрезвычайно важный и ответственный этап работы по реконструкции, практически целиком зависящий от профессионализма и знаний заказчика.

Еще одна трудность заключается в привязке технологии к конкретному производству, этот процесс, к сожалению, усложняется в результате потери квалифицированных кадров также и в отраслевых проектных институтах. Заданные реперные точки по температуре, расходу и прочим параметрам не подкрепляются в большинстве проектов ни контрольными приборами, ни блокировками.

Ярким примером игнорирования всех правил служит проект пылеосадительной камеры электродуговой печи ЭСПЦ 1 ОАО «НСММЗ», подготовленный сотрудниками ОАО «Челябгипромез». Огнеупорная кирпичная кладка не крепилась к бетонному основанию и в конце концов оторвалась, а в конечном итоге потребовалось ее обрушение. В камеру загнали ремонтников, которые при попытке опереть на кладку лестницу, не смогли избежать падения кирпичного массива, в результате чего получили тяжелые травмы. Расследование установило, что для того, чтобы предотвратить осыпание, заводчане установили штыри с квадратными накладками из стали СТ3, которые в процессе эксплуатации оплавились – то есть температура в камере была более 1300 градусов, а предельная норма допустимой температуры составляла 780 градусов, и процесс этот никак не контролировался. В конечном итоге потребовалось доработать проект, установить в верхней части камеры водоохлаждаемые холодильники, над дверью – водоохлаждаемую балку и так далее.

Другой пример безобразного проекта – подготовленный сотрудниками ОАО «Уралэнергочермет» план реконструкции участка свинцового литья «ПСЦМ» ОАО «УЭМ», на котором не были предусмотрены проходы для обслуживания и ремонтов, не было общеобменной вентиляции, существовала незакрытая транспортерная шихтоподача, а контроль уровня свинца в печи осуществлялся таким образом, что плавильщик должен чуть ли не залезать в печь через окно. И это называется современным производством?

Еще один пример. Снабженцы ОАО «СевТЗ» закупили сверхсовременную технологию и новейшее иностранное оборудование, внедрением которого на месте занимались проектировщики ОАО «Уралгипромез». По настоянию заказчика, с целью удешевления, было принято решение отказаться от механизированной загрузки извести, которая затем производилась однотонными биг-бегами с помощью крана, причем транспортировались контейнеры над рабочим проходом. Полагаясь на русский «авось», рабочие повесили на кран емкость с одной оборванной ручкой, а в результате тонна груза оборвалась с крюка, упала на проходящего электрика и смертельно его травмировала. Это несправедливо, груз должен был свалиться на проектировщиков подобной «технологии».

Таким образом, тендерная система выбора по стоимости приводит к полному бардаку и значительным дополнительным расходам. Следующая проблема напрямую связана с так называемым обоснованием инвестиций, раньше это именовалось ТЭР, ТЭО. Проектанты, рассчитывая себестоимость и срок окупаемости проекта, совершенно не интересуются, где, в каком сооружении, с использованием каких коммуникаций он будет внедрен. Получается, что, размещая производство в здании 60–70-х годов прошлого века, эксплуатируя существующие технологические трубопроводы и сооружения, отслужившие нормативный срок, иногда также применяя технологические устройства, ранее эксплуатируемые за границей, проектировщики ни копейки не закладывают в себестоимость продукции на проведение экспертиз и компенсирующих мероприятий по их результатам. Таким образом, стараются подогнать срок окупаемости под ответ, а не по факту. Кого они пытаются обмануть? Инвестора? Но с ним у предприятия обговорены конкретные сроки погашения кредита. Не получая необходимой прибыли, возврат долга в обусловленные сроки возможен, только если предприятие не в полной мере оплачивает труд работников или чаще всего сокращает расходы на обслуживание и ремонт оборудования. В результате через несколько лет недотянутая гайка, несмазанный узел трения приводят к падению ковша с 60–120 тоннами жидкого 1500-градусного металла, который сносит все и вся, в том числе и всех людей, оказавшихся в это время на его пути.

Не менее важным является этап монтажа и пусконаладки. И вновь мы сталкиваемся с тендерной системой выбора подрядчика. Работают дешево, но кто угодно и как получится. Ситуация осложняется тем, что заказчик, экономя копейки, не заключает договоры на авторское сопровождение и в то же время сам не в полной мере контролирует эту работу, чем закладывает под себя мину замедленного действия. Ярким примером безответственности можно считать пусконаладочные работы на новой дуговой печи металлургического завода им. А.К. Серова. В момент проверки завода необученный и неаттестованный наладчик инофирмы не обращал внимания на сигнал тревоги компьютерной системы управления печью, отключив блокировку, совместно со стажирующимися рабочими продолжал вести плавку. К чему может привести та кой подход, такое вопиющее игнорирование требований безопасности?

Апофеозом глупости и безалаберности явилось ухищрение сотрудников нового сталеплавильного комплекса ОАО «ПНТЗ». И проект, и оборудование были заказаны инофирме. Все металлоконструкции закупили за границей, провезли их через всю Россию, растаможили, пригласили группу специалистов из Турции и смонтировали, но никто не предусмотрел того, что по нормам эксплуатации они рассчитаны на наружную температуру не ниже минус пяти градусов и снеговую нагрузку в два раза ниже российских норм. В результате уже через год часть металлоконструкций прогнулась и наклонилась, часть провалилась. Сейчас необходимо проводить мероприятия по их укреплению и переоборудованию, что, разумеется, ведет к удорожанию строительства чуть ли не в два раза.

В заключение хочется сказать, что, будь инспекторы Ростехнадзора хоть семи пядей во лбу, заменить профессионализм и ответственность заказчика, проектировщика и монтажника они не смогут, хотя в случае неприятностей сотрудников управления обвиняют чуть ли не в первую очередь. Промахи всех участников процесса реконструкции приводят к привлечению к административной ответственности юридических и должностных лиц, к задержкам запусков новых и нужных производств, чего все мы не хотим и не можем позволить.