Управление Ростехнадзора по Калужской области

Новости: Детско-сказочная интродукция, Илья - это интересно!
«Проверено. Мин не будет» Моряки Балтийского флота России помогают строить Северо-Европейскую газовую трубу


Научно-исследовательское судно «Академик Голицын», которое по заказу «Газпрома» проводило экспедицию в акватории Финского залива и районе о. Борнхольм, пришвартовалось к причалу Калининградского торгового порта. Вместе с гражданскими специалистами — гидрографами, картографами и химиками с его борта сошли военные моряки и офицеры Главного управления навигации и океанографии Минобороны России, изучавшие, как и их коллеги, маршрут проектируемого Северо-Европейского газопровода (Nord Stream).

Это более 1200 км трассы. Водолазы и управляемый подводный аппарат, оборудованный видеокамерами, детально изучили около 800 донных объектов, обнаруженных вблизи предполагаемой трассы «трубы». Высокая разрешающая способность искусственного «глаза» подводного аппарата позволяет разглядеть на дне моря объекты величиной со спичечный коробок. Само судно оборудовано спутниковой системой, которая дает возможность точно «зависать» над объектом исследования. Как сообщил капитан «Голицына» Олег Голубов, при прокладке маршрута особое внимание специалисты уделяли и затонувшим кораблям. Например, место, где покоится паром « Эстония», было предусмотрительно оставлено в стороне. «Трубопровод пройдет в трех милях (около 5 км. — Прим. авт.) от этого участка, — сообщил Олег Голубов. — Он обозначен на картах и объявлен мемориальным местом».

Результаты работы экипажа «Академика Голицына» и специалистов Главного управления навигации и океанографии Минобороны были отправлены в Москву и Берлин руководству участвующих в проекте компаний — «Газпрома», E.ON AG и BASF, а на предполагаемую трассу будущей газовой трубы вышли тральщики Балтийского флота России. Их задача — расчистить морское дно от уже обнаруженных там четырех торпедных катеров с невыгруженными боеприпасами, которые затонули во время Второй мировой войны, а также протралить невзорвавшиеся старые донные мины и прочий взрывоопасный «хлам», который накопился в водах Балтики за последние сто лет.

Еще в 2005 г. специалисты ВМФ России по заказу «Газпрома» разработали программу по подготовке морского участка трассы Nord Stream в той части, где предусматривалась ликвидация опасностей техногенного происхождения. Программа включает целый комплекс сбалансированных мероприятий, таких, как техническое обследование морского участка трассы газопровода с целью обнаружения, идентификации и картографирования опасностей, среди которых могут быть взрывоопасные предметы и крупные затонувшие объекты. В ней предусмотрены мероприятия по очистке трассы от взрывоопасных предметов или локальное изменение маршрута для обхода захоронений оружия и крупных затонувших объектов, а также создание необходимой нормативной базы подготовки морского участка газопровода на основе мировых стандартов и международной практики реализации крупных нефтегазовых проектов.

Главнокомандующий ВМФ России адмирал флота Владимир Масорин заявил, что задачи такого объема и сложности балтийцы не решали с 1945 года.

- Нигде и никогда военный флот не принимал участия в строительстве газопроводов, — сказал он. — К тому же за работой наших моряков пристально следят во многих столицах.

С адмиралом можно поспорить. Он, вероятно, запамятовал, что его подчиненные, а именно гидрографическое судно Черноморского флота «Челекен», принимали самое активное участие в морских инженерных изысканиях по маршруту газопровода «Голубой поток». Но если говорить в целом о вовлеченности наших военных моряков в сугубо энергетические и экономические задачи, то тут главком, безусловно, прав. Этого еще нигде и никогда не было. Впрочем, задачи эти не только экономические, но также военные и специальные. Параллельно с научно-исследовательскими изысканиями на морском дне, траловыми работами по его очистке от проржавевшего оружия ВМФ будет обеспечивать безопасность газопровода, чтобы не допустить террористическое или диверсионное воздействие на него. В постоянной готовности для оказания помощи строителям и эксплуатационникам «трубы» будут находиться суда поисково-спасательной службы и их команды.

О том, чем же конкретно будут заниматься российские военные моряки при прокладке Nord Stream, подробно рассказал вице-премьер и министр обороны России Сергей Иванов при посещении Стокгольма и Осло. Он буквально «по полочкам» разложил задачи, которые выпали на долю ВМФ в ходе строительства газопровода. Все они, так или иначе, связаны с морской экологией.

- У «Газпрома», — сказал вице-премьер, — нет собственного флота, и ему нет нужды его создавать (в состав дочерней организации «Газфлот» входят транспортные буксиры, плавучие краны, буровые платформы, предназначенные для освоения морского шельфа. — Прим. ред.). Во-первых, мы привлечем гидрографические суда Балтфлота для привязки работ к местности — вплоть до укладки каждого метра труб. Во-вторых, российские моряки задействуют свои необитаемые подводные аппараты и манипуляторы, которые смогут проверить качество технологических операций.

- Революции в такого рода строительстве балтийцы не сделают, — уточнил министр обороны, — подобные задачи выполняют военные моряки различных государств. Но на штаб Балтийского флота отдельно возложены экологический контроль и метеорологическое обеспечение крупнейшего в Европе строительства. Причем выполнение этих функций потребует систематических исследований. Благо, что опыт такой работы у нас есть.

Министра поддержал и исполняющий обязанности командующего Балтийским флотом вице-адмирал Василий Апанович.

- Наш флот имеет все необходимое, чтобы решать экологические, экономические и технические задачи, которые будут возникать у строителей подводного газопровода, — сказал он. — Привлечение сил нашего флота, а также других флотов к сооружению газопровода по дну Балтики принесло ощутимую пользу не только «Газпрому», как основному заказчику и строителю СЕГ, но и самому ВМФ России. Решение уникальных и специфических задач в море значительно повысит уровень подготовки корабельных специалистов, продемонстрирует европейской общественности мирный потенциал вооруженных сил России.

ОБ ИПРИТЕ — НИ СЛОВА

Если внимательно вслушаться и вчитаться в то, что говорят военные руководители России по поводу строительства Nord Stream, то бросается в глаза, что никто из них ни словом не упоминает о захоронениях на дне «Янтарного моря» химического оружия фашистской Германии. Оно-то и вызывает главные опасения у экологов и простых граждан на Балтике. И главное — строители могут затронуть завалы боевых отравляющих веществ (ОВ), а это принесет неисчислимые бедствия не только флоре и фауне региона, но и его населению.

Особенно этим встревожены почему-то СМИ и политики тех государств Восточной Европы, которых подводный газопровод может лишить доходов от транзита сибирского газа на запад континента и которые в ближайшем будущем будут испытывать нехватку углеводородов. И, кстати, уже ее испытывают из-за неконструктивных действий некоторых политиков, которые «сидят на транзите» и называют Nord Stream «самым дурацким проектом». Подобные разговоры и поступки волнуют очень многих людей в Германии, Нидерландах, Франции не меньше, чем тысячи тонн снарядов, бомб и контейнеров с химическим оружием гитлеровцев, утопленных в глубинах Балтики.

Но вопрос — стоит ли газовая труба на дне Балтийского моря риска «выпустить невзначай из бутылки ядовитого химического джинна» — отнюдь не праздный. Он имеет право на существование. По решению Потсдамской конференции, оформленной Директивой № 28 Контрольного Совета 1 декабря 1947 г., каждая из стран — победительниц гитлеровской Германии (СССР, США, Великобритания и Франция) получила свою «долю» немецкого отравляющего оружия и должна была его немедленно ликвидировать. Советской армии тогда досталось 70,5 тыс. т боевых отравляющих веществ, американской — 104,5, британской — 126,7, французской — 9,5 тыс. тонн.

Есть несколько версий, как и кто утилизировал это «богатство». Одна из них свидетельствует, что США и Великобритания затопили доставшуюся им « химию» в баржах на дне пролива Скагеррак и на внешнем рейде немецкого порта Киль. Франция не оставила сведений о своей «работе».

СССР уничтожал это оружие разными способами: сжигал в местах хранения в специальных печах и в открытых котлованах, подрывал химические артиллерийские снаряды и авиабомбы на специально оборудованных площадках. Перерабатывал отравляющие вещества и их полуфабрикаты в химической промышленности для использования в мирных целях. И так же, как США и Великобритания, топил в море. На этот способ пришлась основная масса всей трофейной «химии» — до 60 %.

Топила Советская армия немецкое ОВ в двух районах Балтийского моря — в 65 милях юго-западнее литовского порта Лиепая и восточнее датского острова Борнхольм. Причем авиационные бомбы, артиллерийские снаряды, мины, фугасы и емкости с этим «добром» просто высыпались в воду с кормы кораблей. Так было утоплено 455 тыс. снарядов и бомб с ОВ кожно-нарывного действия — ипритом и «арсиновым маслом». Десять с половиной тысяч снарядов и дымовых шашек с адамситом и другими раздражающими веществами, бочки с «Циклоном-Б», веществом общеядовитого действия... Всего пятьсот с лишним тысяч емкостей с самой разной отравой, где иприт, как самое сильное и коварное отравляющее вещество, преобладал. Потом, в 1947—1978 гг., в тех же местах Советский Союз утопил еще около трехсот тысяч тонн собственных химических боеприпасов. Тоже в основном с ипритом. Хотя там было и 189 т цианистой соли… Не помнить об этом и не придавать значения этим фактам, конечно же, недопустимо.

«ХИМИЧЕСКОЕ ЛИХО»

Экология Балтийского моря, на берегах которого расположено 9 государств и в зоне водосбора проживает 85 млн человек, очень чувствительна. И если, не дай бог, произойдет непредвиденный выброс ипритовых масс, последствия для подводной флоры и фауны, а также для жителей Балтийского побережья, да и не только для них, будут очень серьезными. Инициаторам столь масштабного проекта, известным российским и немецким фирмам, надо быть настоящими « безумцами», чтобы не видеть такой опасности. Но в отличие от своих критиков они не только видят проблему, но и реально думают, как ее решить. Об этом свидетельствует, в том числе и привлечение к проекту военных моряков.

Заместитель начальника департамента по транспортировке, подземному хранению и использованию газа «Газпрома» Сергей Сердюков заявил, что, приступая к разработке маршрута трубы по дну Балтики, их фирма уже имела точнейшие карты района захоронений отравляющих веществ, составленные еще специалистами ГДР. Он подчеркнул, что все вопросы по выбору трассы газопровода решались во взаимодействии с природоохранными организациями каждой из стран, интересы которых затрагивает реализация проекта. И, конечно же, подводная трасса будущего Северо-Европейского газопровода выбиралась с учетом обхода опасных зон, которые, кстати, помечены и на всех морских навигационных картах.

Сердюков заметил, что над выбором маршрута специалисты российской компании начали работать задолго до того, как строительство подводной « трубы» на Запад было одобрено руководством страны. По его словам, с помощью сонаров в результате подводных съемок была выбрана трасса шириною до двух километров в районе острова Борнхольм. Она никак не соприкасается с подводным « кладбищем» химического оружия. Там существует своеобразная природная «полка» — единственная ровная площадка под водой на глубине до 200 м, а за ней начинаются большие глубины. Донная поверхность этой «полки» тщательнейшим образом изучена. По ней и пройдет «труба».

- Мы исследовали буквально каждый сантиметр дна под предстоящей трассой, — говорит Сергей Сердюков, — и наконец выбрали коридор шириной в 170 метров, что вполне хватит для укладки двух ниток трубопровода.

Конечно же, специалисты видели, в каком состоянии находятся боеприпасы, более полувека пролежавшие в морской воде. Стенки большинства металлических контейнеров и бочек с отравляющими веществами (ОВ) уже полностью коррозировали. Уничтожены и резиновые мешки, в которых хранился иприт. Вылившаяся субстанция представляет собой желеобразную массу, медленно мигрирующую вслед за придонными течениями.

- Такие «движущиеся разливы» представляют определенную опасность для нас, — продолжает Сердюков. — «Газпромовским» трубоукладчикам предстоит пробное бурение на образцы донных грунтов. И никто не может сказать, как поведет себя буровое оборудование, попав в такую кашу. Но успокаивает то, что ряд отравляющих веществ уже утратил свои смертельные качества. Важно и то обстоятельство, что химические боеприпасы хранились и затапливались без взрывателей.

С официальным представителем «Газпрома» солидарна и Наталья Калинина, профессор, крупнейший российский специалист по химическому оружию. Она утверждает, что желеобразная масса, в которую за столь долгие годы, проведенные под водой, «укутались» иприт и другие ОВ, надежно защищает и флору, и фауну Балтики. Конечно, при том условии, что никому не придет в голову расковыривать эти залежи и тралить их металлическими тралами. «Не надо будить лихо, пока оно тихо», - предупреждает строителей газопровода ученый.

А то, что « химическое лихо» может быть внезапно разбужено, напоминает и интенсивное движение торговых и рыболовных судов в районе датских проливов Каттегат и Скагеррак. До двух тысяч плавсредств ежедневно «утюжат» водную поверхность популярной и единственной на Балтике морской трассы, связывающей море с Атлантикой.

Помимо «химии» тревожит строителей газопровода большое количество обычных неразорвавшихся боеприпасов — торпед, мин, авиабомб, захороненных там с прошлой войны. В некоторых местах дно буквально усыпано старыми боеприпасами, говорит Сердюков, и мы вынуждены не только очищать от них грунт, но и в отдельных случаях, по договоренности с прибрежными государствами, взрывать их с помощью моряков Балтийского флота.

Российским изыскателям, кстати, очень мешают рыбаки и большие скопления рыб. Странным образом подводную фауну влекут к себе все затопленные на дне предметы — будь то затонувший корабль или авиационная бомба. Этим, кстати, Балтика отличается от Черного моря, где, начиная с глубин в несколько сотен метров, биосферы вообще нет. Что и помогло газовикам проложить трубы «Голубого потока», уникального подводного газопровода из России в Турцию, без особых проблем и в рекордные сроки. Как утверждают в «Газпроме», этот опыт, безусловно, найдет применение и на Балтике.

Чтобы обезопасить море и окружающую среду, да и сам трубопровод при укладке на морское дно, для акватории Балтики разработаны самые высокие нормативы экологической безопасности. На стальную трубу будет нанесена битумно-эмалевая оболочка, и лишь затем ее забетонируют. Бетонный кожух послужит как своеобразным грузилом для трубопровода, так и защитит его от механических повреждений. А сам стальной материал трубы будет соответствовать международным стандартам Off shore Standart DNV-05-F-101 Submarine Pipeline Systems and Gl, а также Rules Subsea Pipelines and risers.

Российский газовый концерн и его немецкие партнеры — компании первой величины в мировой экономике — намерены осуществлять свой проект на Балтике по самым высоким экологическим стандартам.

И если говорить о самих стандартах и международном контроле, то нужно подчеркнуть, что окончательный проект трассы подводной части Nord Stream будет отдан на экспертизу в независимую организацию Bureau Veritas, которая и вынесет окончательный вердикт экологической безопасности Северо-Европейского газопровода и его экономической эффективности.

ВПЕРЕД — ЧЕРЕЗ ТЕРНИИ

Правда, залежи химического оружия, экологическая и техническая безопасность, экономическая целесообразность Nord Stream — не единственные вопросы, которые надо решить в ходе реализации этого, безусловно, грандиозного проекта. Есть вопрос и стоимости всех этих работ. В первую очередь для моряков Балтийского флота.

Главнокомандующий ВМФ адмирал флота Владимир Масорин сообщил, что часть стоимости научно-исследовательских, поисковых, картографических и инженерно-саперных работ оплачивает « Газпром» «в установленном порядке». В каких именно цифрах обозначен этот « порядок», осталось невыясненным. Но надо понимать, что, поскольку участие военных моряков в подготовке трассы Северо-Европейского газопровода оценивается как часть их повседневной боевой учебы, то расходы на горюче-смазочные материалы для судов, оплату командировок членов экипажа в нейтральные воды несет Главный штаб ВМФ, а с ним и штаб Балтийского флота. А это очень серьезная нагрузка на бюджет. Может случиться так, что из-за нехватки ГСМ, которые пойдут на обеспечение Nord Stream, в море не смогут выйти другие боевые корабли, никак не связанные обязательствами с «Газпромом».

Но и это еще не все проблемы.

Многие специалисты ВМФ сетуют на то, что, несмотря на бравые заверения военачальников самого высокого ранга, Балтийский флот сегодня не располагает достаточными возможностями для выполнения задач столь масштабной операции, как абсолютное обеспечение безопасности Северо-Европейского газопровода. Даже при самоотверженной работе экипажей. Никуда не уйти от того факта, что за последние полтора десятилетия хоть какого-нибудь заметного обновления корабельного состава на Балтике не происходило и не планируется. И как итог — с 2003 г. по сегодняшний день морякам удалось обезвредить только 40 взрывоопасных предметов. А их в водах «янтарного моря» несколько сотен тысяч, не считая «химии». Примерно 4 тыс. торпед, около 130 тыс. мин, из которых за послевоенные годы обезврежено только 38 тысяч.

Чем «заняты», кого «ждут» еще 90 тыс. «рогатых», на какие средства и как их обезвреживать, — на все эти вопросы еще предстоит ответить участникам строительства Nord Stream.

Недавно Россия приобрела в Великобритании глубоководный многофункциональный аппарат «Пантера плюс», о котором много рассказывал министр обороны. Оборудование, установленное на нем, позволяет не только проводить мониторинг морского дна, брать пробы грунта, поднимать на поверхность отдельные предметы, но и проводить с помощью щупальцев-манипуляторов ряд сложных технических работ.

Наверняка этот аппарат поможет в строительстве Северо-Европейского газопровода. Но он у России только один. Его нужно еще хорошенько освоить, а на это требуется время…

…Все это рассказывается не для того, чтобы усомниться в том, что российские моряки, как и российские компании, их европейские партнеры по Nord Stream, смогут выполнить взятые на себя обязательства своевременно и с высоким качеством. Нет, все сделают вовремя и надежно. Мы еще услышим бодрый рапорт: «Проверено. Мин уже нет, и не будет». Но это потребует больших усилий и большого напряжения.

Впрочем, в России без них работать почему-то не любят.