Управление Ростехнадзора по Калужской области

Правовая связь документа и определенного его содержанием имущественного права как признак ценных бумаг: ретроспектива и современный подход

Правовая связь документа

Правовая связь документа и определенного его содержанием имущественного права был предметом исследования известных иностранных и российских цивилистов XIII-XX веков. Это, в частности, Савиньи, Дан, Хофман, Брюннер, Ендеманн, Книес, также Н. Нерсесов и М. Агарков. Современный уровень развития отечественного законодательства о ценных бумагах и цивилистических исследований основных теоретических и практических проблем, возникающих в этой сфере, требует новых подходов к их рассмотрению. В частности, новых подходов требует не решенная ранее в цивилистики проблема исследования значение документа не только для осуществления выраженного в нем имущественного права, но и для его возникновения, передачи и прекращения. Анализ предлагаемых указанным правоведами мнений об исследуемой признаки ценных бумаг и определение с их учетом новых подходов к рассмотрению функционального назначения документа (как бумажного, так и электронного для бездокументарной формы их выпуска) в механизме гражданско-правового регулирования отношений в сфере их выпуска и обращения определяет цель данной статьи.

В ходе осуществления исследования части названной общей проблемы заслуживает рассмотрения подход, предложенный Савиньи . Определяя особенности ценных бумаг на предъявителя, в которых наиболее рельефно проявляются свойственные исследуемым объектам гражданских прав признаки, Савиньи отметил следующее. В сфере вещного права действует принцип свободного отчуждения объектов собственности. В правоотношениях по отчуждению вещей проявляется полное абстрагирование осуществляемых по ним сделок от лица их собственника. Обязательственные правоотношения основаны на совершенно других основаниях. Изменение обязательства возможна либо в форме его аннулирования и замены другими правоотношениями между бывшим должником и новым кредитором (новация), либо в виде передачи кредитором причитающихся ему правомочий другому лицу, не влечет полного абстрагирования от прежних правоотношений между его первичными объектами (цессия). Оба эти правовые средства, по справедливой мыслью Савиньи, пригодные для заключения сделок, характерных для повседневной оборота. Однако при заключении сделок, обеспечивают постоянно растущий как внутренний, так и внешний торговый оборот, появилась потребность в установлении новых правовых форм, посредством которых преимущества, связанные с отчуждением объектов права собственности, могли бы быть применены и к обязательственным правоотношениям. Эти потребности он предлагал рассматривать как одну из социально-правовых предпосылок появления и развития такого нового средства обеспечения установления и развития гражданских правоотношений, как ценные бумаги. Предоставление документам вещественно-правового характера позволило отнести их к объектам права собственности и других вещных прав, обеспечить им легкую жизнь и, как следствие, повышенную обороноспособность. Эти соображения позволили Савиньи и его последователям (Дан, Хофман и др.) сделать вывод, что «ценные бумаги суть воплощенное в документе обязательства».

Современник Савиньи, известный в то время немецкий ученый Брюннер, в целом разделяя его взгляды, подверг критике приведенный выше тезис, а подходы к решению рассматриваемой проблемы дополнил новыми соображениями и выводами. Он отмечал, что обязательственные права не могут иметь тело, в которое они воплощаются. Если допустить возможность воплощения прав в некоторую телесную оболочку, то по аналогии с римским правом придется различать телесные и бестелесные права, а это, по его мнению, является необоснованным. Права, по его справедливому замечанию, не могут быть телесными или бестелесными. Аргументируя свою критику определение ценной бумаги, данного Савиньи, Брюннер первым обосновал особенности правовой связи между выраженным в нем правом и самим документом. Он отмечал, что связь между документом и правом может быть двояким: либо документ является лишь одним из способов доведения возникновения права, или же он признается «необходимым частноправовым условием бытия правомочия, о которой говорит текст документа». В последнем случае, отмечает Брюннер, между бумагой и правом устанавливается неразрывная правовая связь.

Сторонником вышеизложенного подхода в рассматриваемый период развития теории документарных ценных бумаг был известный правовед Книес. Основываясь на отмеченных его современниками признаках ценных бумаг, он дополнил их исследования следующими соображениями. По его мнению, документ может рассматриваться как ценная бумага в случае, когда имущественное право так тесно связано с ним, что его владелец может потребовать его осуществления от обязанной стороны (перевод документов в этом случае не нужен). В своих дальнейших рассуждениях Книес также сравнивал правоотношения, возникающие в связи с оформлением и выдачей ценной бумаги, с вещественными. Однако, заметив, что их юридическое своеобразие не допускает их полного отождествления.

Известный ученый XIX в. Ендеманн  предлагал рассматривать ценные бумаги в качестве «представителей ценностей». Исходя из этого, он сделал вывод о том, что ценность ценной бумаги основана на кредите, т. е. на доверии кредитора к должнику, что позволяет ему не только надеяться на выполнение обязательства только ему, но и приобрести соответствующие правовые гарантии этого. С учетом приведенного выше, этот вывод представляется таким, что заслуживает внимания, и является актуальным и в наше время.

Заслуживает внимания подход, предложенный в ходе исследования юридической природы ценных бумаг Н. Нерсесов. Путем анализа и обобщения взглядов своих современников по рассматриваемой проблематике, он обосновал ряд выводов, актуальных и в наше время. Обоснованная к современности, их можно изложить следующим образом. Ценная бумага Н. Нерсесов предлагал рассматривать как документ, определяющий правовую связь между ним как объектом вещного права и установленным в его тексте материальным (в современной терминологии - имущественным) правом. С момента установления этого правового связи документ и выраженное в нем право требования в неразрывном единстве приобретают характер ценной бумаги. Неразрывность правовой связи между документом и выраженным в нем правом требования добавляет ценной бумаги в целом свойство легкой отчужденности, характерной для оборота вещей.