Управление Ростехнадзора по Калужской области

Этнологическая юриспруденция или правовое человековедение – понятие науки о праве, основанной на антропологическом подходе
Этнологическая юриспруденция или правовое человековедение – понятие науки о праве, основанной на антропологическом подходе

Подчеркнем здесь на возможной неоднозначности соотношения терминов-понятий "-правовая антропология"- и "-юридическая антропология"-. Если ученый, исследуя антропологические проблемы в юриспруденции, разграничивает правовые и юридические явления (рассматривая, например, последние как исключительно результаты "-вмешательства"- или "-волеизъявление"- государства), то, соответственно, для целей его исследований логические объемы срок-понятий "-правовая антропология"- и "-юридическая антропология"- могут не совпадать (в частности, правовая антропология может полностью охватывать юридическую, но ею не ограничиваться- или правовая антропология иметь лишь отдельные "-точки соприкосновения"- с антропологией юридическим). -Так же отличными могут быть логические объемы понятий "-юридическая этнология"- и "-этнология права"- (по аналогии с понятиями "-юридическое антропология"- и "-антропология права"-). -К тому же, в структуре этнологии права, на наш взгляд, возможным является выделение в качестве ее частей юридической этнографии и юридической этнологии.

Как отмечает Е.-Й. Лампе, юридическая антропология (составляющая антропологии права в нашем понимании), в отличие от философии права (в том числе философско-правовой антропологии), удерживается от соблазна противопоставить правовую необходимость правовой реальности, выводя то, что должно быть, из того, что есть, - с "-природы вещей"-. -Для этого юридическая антропология видшуковуе детерминанты, которые ведут ее от природного "-есть"- к рациональному "-должно быть"-, от основных потребностей человека в его основных прав. -Поэтому юридическая антропология рассматривает человека как "-разумное животное"-, чья рациональность не может позволить ей забыть ее "-твариннисть"-, как и не может возникнуть только как граница этой "-тваринности"- [24, p. -62].

В других (чем те, которые были нами указаны выше) условий - условий рассмотрения философской антропологии как всеобщего учения о человеке и оставление в антропологии права философской составляющей (не имеющего, как было установлено, несколько иной предмет, чем составляющая юридическое) - выдается невозможным хотя бы как-то разграничить предметы антропологической составляющей философии права и антропологии права. -Более того, в случае включения этой антропологии (с обоими ее составляющими) в структуру философии права невозможным рассмотрение антропологии права как самостоятельной научной дисциплины, а предмет и методология философии права становятся еще более размытыми, чем они есть на сегодня.