Управление Ростехнадзора по Калужской области

Публичная природа гарантий прав личности в уголовном процессе. Часть вторая

Природа гарантий прав личности

Анализ соответствующих норм уголовно-процессуального законодательства (прежде всего, названных в предыдущей статье) и положений теории уголовно-процессуального права  указывает на суровую (текстуально и содержательную) установку на государственный элемент (фактор) в инициировании деятельности по обеспечению прав лиц, участвующих в уголовно-процессуальных отношениях.

Данное соображение обязывает обратиться к одному из принципов, определяющих форму современного украинского судопроизводства, - публичности, где сфокусировано государственное начало всей уголовно-процессуальной деятельности. Теоретическое содержание принципа публичности традиционно базируется на положении статьи Уголовно-процессуального кодекса, устанавливающая обязанность суда, прокурора, следователя и органа дознания в пределах своей компетенции возбудить дело в каждом случае обнаружения признаков преступления, принять все предусмотренные законом меры по установлению преступления, лиц, виновных в его совершении, и к их наказания (ст. 4 УПК Украины, ст. С УПК РСФСР, чч. 1-3 ст. 21 «Обязанность осуществления уголовного преследования» - УПК РФ от 22 ноября 2001 г.). Устойчивость (и сейчас)  такого понимания содержания принципа публичности приводится в работе Л. Масленниково, посвященной проблемам публичного и частного начал в уголовном судопроизводстве и содержащей интересный анализ этапов становления понятия данного принципа в теории уголовного процесса (с конца 19 века до настоящего времени, включая советский период развития теории уголовно-процессуального права). Несмотря на нюансы в определении 8- 9 принципа публичности теорией уголовного процесса, очевидно следующее. Предметное содержание рассматриваемого принципа всегда обусловливался задачами государства в сфере уголовно-процессуальной деятельности. Данное обстоятельство подтверждается и при сопоставлении статей 2 и 4 УПК Украины. Действительно, ст. 4 определяет предметом обязательной деятельности государственных органов и должностных лиц выполнения задач, фактически установлены в ст. 2, но - только их части, которая непосредственно касается интересов государства. Задача - «охрана прав и законных интересов физических и юридических лиц» - выведен в отдельный обязанность, закрепленный в ст. 53 УПК Украины. Последствия подобной «самостийности» долга, который конституционно возложена на государство: во-первых, недооценка его публичной природы и, фактически, скрытое вывод за пределы содержания принципа публичности (отечественная наука, как и российский законодатель, выбрали один путь - выделение отдельного принципа уголовного процесса: обеспечение всем лицам, участвующим в деле, права на защиту их законных интересов, или охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве), во-вторых - отсутствие надлежащего статуса (первое место - согласно ст. 2 УПК) в структуре уголовно-процессуальных обязанностей государственных органов и должностных лиц.

Разрешение ситуации, которая сложилась, видится возможным и продуктивным только в теоретическом аспекте - в преодолении ограниченного понимания «предметности» государственного начала в уголовно-процессуальной деятельности, выводе содержания принципа публичности за пределы ст. 4 КПК и внесение в него обязанности по обеспечению прав и законных интересов человека наряду с другими задачами (ст. 2 УПК). Иначе любая, даже кардинальное, нормотворчество законодателя из отраслевого (уголовно-процессуального) обеспечения соответствующих конституционных норм не лишит установлено в ст. 2 УПК задачи по охране прав личности и закреплен в ст. 53 обязанность от скрытых свойств «дополнительности» (факультативности).